Честность, любовь и свобода относятся к решающим человеческим ценностям. Интервью с Микаелой Глёклер.

Интервьюер: Приветствую Вас от имени «Кампус А», а также от имени «Молодежного семинара». В свое время я учился на «Молодежном семинаре», а теперь работаю на «Кампус А Штутгарт». Мы очень рады периодическим встречам с Вами на «Молодежном семинаре» и у нас. Сейчас такое время, когда многое меняется, причем очень быстро. Поэтому нам показалось важным побеседовать с Вами еще раз. Три недели назад мы уже проводили интервью, но теперь ситуация вновь изменилась. И мы задумались над тем, что с нами сейчас происходит, почему этот вирус преподносит нам столько сюрпризов: человечеству в целом, отдельным людям, и почему порой мы наблюдаем беспримерную реакцию.

Микаела Глеклер: Да. Это вопрос мне хорошо понятен, потому что, с одной стороны, вирусы гриппа нам хорошо знакомы, они появляются каждый год, и сейчас всех занимает вопрос о том, что же такого особенного в пандемии коронавируса. Вирусы известны с 60-х годов прошлого века. Чтобы их распознать, необходимы электронные микроскопы с сильным увеличением. Но за это время наука очень сильно продвинулась вперед в изучении вирусов, и корона-вирусы – это целое семейство, целая группа вирусов. Самым «знаменитым» до сих пор был вирус SARS (ТОРС = тяжелый острый респираторный синдром). И опасения были уже тогда, потому что это была эпидемия тяжелого острого респираторного заболевания, по форме напоминающего то, которое мы наблюдаем сейчас в связи с коронавирусом. Возникновения такого состояния опасались тогда, во время эпидемии ТОРС, но тогда до этого не дошло, что тоже интересно. Как бы то ни было, особенность нынешней ситуации состоит в возникновении осложнения.

Потому что в остальном происходит то же, что и всегда: большинство людей заражаются и даже не замечают этого, у других наблюдаются легкие симптомы простуды, а у некоторых – у группы риска и в других отдельных случаях – развивается очень опасное воспаление легких. Его опасность в том, что тонкая соединительная ткань между альвеолами словно бы набухает и воспаляется, и в итоге у человека возникает ощущение, что он задыхаются, что ему нечем дышать. И это тоже вызывает панику. Многих пугает уже само представление, распространенное сейчас у людей – что они могут впасть в панику, если им станет нечем дышать, что они могут задохнуться. Поэтому мне очень понятна почти паническая реакция, проявляемая сейчас во всем мире и отмена всякой социальной жизни.

С другой стороны, хорошо известно, что справиться с вирусом можно только в результате формирования так называемого стадного (социального) иммунитета (т.е. при наличии большого числа заразившихся, но не заболевших, и приобретших иммунитет – т.е., так сказать в масштабах людского «стада») и при наличии специфической вакцины – но ее у нас пока нет. И поэтому я надеюсь, что, как только распространение вируса замедлится, будет сделана ставка на социальный иммунитет, т.е. что социальная и экономическая жизнь возобновятся, и что, с другой стороны, будут предприняты попытки – что уже начало происходить в последние недели по всему миру – вкладывать средства в сферу неотложной медицинской помощи и все, что с этим связано, вместо того, чтобы дотировать промышленность.

Интервьюер: Понятно. Я считаю, это вопрос приоритетов. И еще такой момент: ясно, что нам страшно, что мы в панике, но, наверное, в первую очередь, мы должны помнить о солидарности, о своих ближних, относящихся к группе риска, потому что…

Михаэла Глёклер: Но ведь эту группу риска можно защищать целенаправленно. Для формирования социального иммунитета не нужно заражать группу риска – ей необходимо обеспечить максимальную защиту. Но так называемые здоровые люди, не входящие в группу риска, – они должны ходить на работу, контактировать друг с другом и приобретать иммунитет к этому вирусу с минимумом симптомов или бессимптомно. И это обеспечит защиту: когда определенный процент – 70-80% — людей иммунизируется, то это защищает остальное население. Потому что когда с группой риска будут контактировать только те, у кого есть иммунитет, опасность минует. Это, так сказать, иной подход, иная стратегия. И, по-моему, это очень важно по причине того, что именно пожилые, одинокие люди или те, кто болен и находится в больнице, или в доме престарелых – если их перестают навещать, то они тоже умирают: им становится плохо, у них развивается депрессия. Т.е. необходимо очень тщательно взвесить: скольким людям – пожилым людям – наносится огромный вред из-за запрета посещений ради спасения нескольких остальных. Я считаю, тут возникают этические вопросы огромной важности, в частности, из-за запрета посещений. Поэтому я выступаю за защиту группы риска, за интенсивную поддержку медицинской помощи, чтобы на ней не экономили, и, кроме того, за возможность иммунизации молодых людей с крепкой иммунной системой.

Интервьюер: В процессе обычной социальной и экономической жизни?

Михаэла Глёклер: За счет взаимодействия: в процессе работы, участия в социальной жизни, в культурной жизни, в мероприятиях, танцах и т.д. Именно так.

Интервьюер: Хорошо. Теперь у нас еще такой вопрос: что означает появление этой легочной болезни, пандемии, в настоящее время, с духовной точки зрения?

Михаэла Глёклер: Легкие – это ведь совершенно удивительный орган, связующий нас со всей воздушной оболочкой Земли. Это самый «социальный», самый «коммуникативный» из наших органов. Т.е., находясь, например, в одном помещении, люди вдыхают воздух, только что выдохнутый другими. Мы не задумываемся над этим. Ведь это означает, что воздух связывает нас не только с другими людьми, со всем человечеством, но и со всеми нашими проступками в отношении окружающей среды. Нельзя забывать, что большинство тяжелых легочных осложнений наблюдаются не в сельской местности, а в наиболее загрязненных мегаполисах. Т.е. мы загрязняем воздух, которым дышим, и нет ничего удивительного в том, что нашим легким все труднее справляться с загрязняемым нами воздухом. Я хочу сказать, что если нагрузка на легкие из-за нашей индустриализованной жизни постоянно растет, то в какой-то момент легкие перестают с этим справляться, и тогда они становятся уязвимее. И я считаю, что связь здесь существует, потому что хотя за последние десятилетия нами и сделано кое-что для улучшения воздуха во всем мире, но этого отнюдь не достаточно. А поскольку у воздуха, которым мы дышим, есть не только физическая сторона – речь, музыка, свет показывают, что дает нам воздух: ведь солнечный свет мы видим только потому, что есть воздух, это воздух позволяет видеть свет. И воздух невероятно важен для жизни. По воздуху передается речь, музыка, все замечательное, но в то же время и звуки, издаваемые животными, которые подвергаются мучениям, звуки, связанные с массовым содержанием животных – все это тоже переносится по воздуху, и всем этим мы тоже дышим: страдания животных… И здесь я тоже усматриваю связь: вирусы присутствуют, главным образом, в животном царстве и, находясь в нем, учатся преодолевать видовые границы, и сейчас мы все больше сталкиваемся с тем, что вирусы преодолевают видовые границы, чтобы привлечь наше внимание к животному миру – иначе и не скажешь. – Мы дышим в одном и том же жизненном пространстве с животными и обращаемся с ними так недостойно, что хуже не придумаешь, – за немногими достойными исключениями.

Интервьюер: Да, мы, так сказать, находимся в одной экосистеме с ними. И теперь у меня новый вопрос: представьте себе, что я отношусь к группе риска. Что я могу сделать, чтобы укрепить свой иммунитет или подготовиться к встрече с этим новым вирусом, к чему, наверное, человечество пока не совсем готово?

Михаэла Глёклер: Если подходить с позиции интегративной (целостной) медицины, то, конечно, существуют совершенно разные уровни. Во-первых, физический, реализуемый в настоящее время во всем мире, т.е. экспозиционная профилактика. Она заключается в том, чтобы не подвергать себя воздействию вируса, чтобы надевать маску при контакте с людьми из группы риска, например, в больницах и т.д. Т.е. можно сделать что-то на физическом уровне за счет избегания. Но я считаю, очень важно иметь в виду те факторы, которые способствуют общему укреплению иммунной системы. Здесь можно назвать, прежде всего – и это очень и очень важно, – достаточное количество сна. Затем здоровое питание. Хороший двигательный баланс, т.е. отсутствие дефицита движения. Как показывают исследования, уже получасовая мотивированная прогулка в хорошем темпе на свежем воздухе оказывают непосредственное иммуностимулирующее действие. – Разумеется, нужно двигаться с радостью, а не уныло плестись. Эти совершенно обычные вещи: сон, питание, движение нельзя недооценивать. Затем существуют очень хорошие эвритмические упражнения, т.е. эвритмия – это очень полезно, для тех, кто с этим знаком. Существуют обучающие видеоклипы по эффективным эвритмическим упражнениям. Ну, и конечно, решающая роль принадлежит душевной сфере.

Интервьюер: Психосоматика, да?

Михаэла Глёклер: Психонейроиммунология. Что это значит? – С 70-х годов известно, что иммунная система положительно откликается на позитивные чувства, эмоции, такие, как радость, благоговение, юмор, благодарность, уважение, т.е. любые возникающие между людьми позитивные чувства и эмоции оказывают иммунностимулирующее действие. А вот страх, депрессия вредны для иммунитета, равно как и ненависть, и прочие негативные эмоции. Кстати, добавлю еще кое-что очень важное, что относится к физическому уровню: правильное поведение при подъеме температуры. Этим очень часто пренебрегают. Когда человек заболевает гриппом, т.е. когда появляются симптомы – это касается уже не профилактики, про которую Вы спрашивали, а лечения – самое важное в лечении вирусных заболеваний – это правильное поведение при повышении температуры, потому что повышенная температура – это единственное оружие, при помощи которого тело способно умерщвлять вирусы. А многие не знают об этом. Как и о том, что жаропонижающие средства и антибиотики подавляют эту иммунологическую реакцию тела, тем самым нанося вред иммунной системе.

Интервьюер: Например, ибупрофен и прочие, да?

Михаэла Глёклер: Да. Уже даже доказано, что в этом случае следует применять другие препараты, поскольку его вредоносное действие подтвердилось, но на самом деле ни один из жаропонижающих препаратов полезным не назовешь. Я сама врач, и лично я использовала бы жаропонижающие только в том случае, если тело не в состоянии справиться с температурой самостоятельно. Во всех остальных случаях здоровое протекание лихорадочного состояния обеспечивается физическими методами.

Интервьюер: Вот как.

Михаэла Глёклер: Да. Есть еще один важный момент с точки зрения профилактики, связанный с душевным состоянием. Многие говорят: «Как я могу испытывать позитивные эмоции? Я нахожусь дома, в одиночестве». – Можно молиться и медитировать. Это создаст благоговейный настрой, поднимет настроение – можно зажечь свечу, прочитать какой-нибудь текст, который настроит на духовный лад, свяжет человека с его представлением о Боге, с ангелами, с духовным миром или с дорогими его сердцу умершими. Потому что мысли невидимы глазу, но именно они и есть невидимые мосты в духовный мир. И я считаю, что нам очень и очень важно вспомнить о них.

Интервьюер: И защитить. Возможно, благодаря медитации из духовного мира удастся что-то почерпнуть и даже найти какие-то новые шансы для мира. И здесь я подхожу к еще одному вопросу: Как этот кризис повлияет на нас? Не только с точки зрения последствий, хотелось бы услышать, прежде всего, о новых шансах, которые могут возникнуть.

Михаэла Глёклер: Я, как и многие другие, очень надеюсь, что когда все это закончится, мы не станем считать, что жизнь, которой мы жили до сих пор, была замечательной, и что нужно просто продолжать в том же духе. Я и в самом деле надеюсь, что что-то изменится в экономике – в плане того, как мы организуем экономическую жизнь, – в экологии – в плане того, как мы относимся к природе, что мы не вернемся к тому, что было – это самое большое мое желание.

И что мы поймем, что .. хотя дистанционное обучение, мощным толчком к реализации которого послужила изоляция, и работает, но это вредно для здоровья детей и подростков, для развития их мозга. Им нужно много лет развиваться в реальном мире до того, как привыкать к виртуальному. Я очень активно занимаюсь этой темой, потому что способность мыслить самостоятельно вырабатывается на протяжении 16 лет; для развития лобных долей головного мозга, позволяющих осуществлять самоконтроль и самостоятельно мыслить, действительно требуется 15 – 16 лет. И я считаю, что чтобы это не забыть, нужно будет тоже хорошенько все осмыслить по прошествии этого времени; чтобы мы не считали, что многое из того, что есть в реальном мире, не нужно, что детей и подростков можно допускать в мир онлайн наравне с нами. Это очень вредно.

И еще один немаловажный момент: в последнее время в рамках борьбы с пандемией предпринимаются попытки осуществления тотального контроля. Я считаю, что это тоже факт: дело доходит до запрета на выход на улицу, до слежки через мобильные телефоны, будь то анонимно или нет – каждому понятно, что стоит за этими словами. Мы должны внимательно следить за тем, чтобы эта пандемия не опрокинула все наши ценности свободной демократии. И поэтому, ни в коем случае не желая нагнетать страх, мне хочется подчеркнуть один момент, который Оруэлл описал в книге «1984», упоминает в своем интервью в Германии Йозеф Вайценбаум, активный участник создания всей компьютерной индустрии Америки, разработок в области компьютерной техники. Оно опубликовано в небольшой брошюре, озаглавленной «Курс на айсберг», которая актуальна по сей день. Интервьюер – уже в 1984 году – спрашивает его, не способствует ли компьютеризация и цифрофизация возникновению государства тотального контроля, т.е. того самого государства, которое описано в книге Оруэлла, на что Вайценбаум отвечает: «Разумеется, способствует. В этом направлении ведется системная работа. Для осуществления тотального контроля достаточно компьютера». Однако затем идет большое «но», затем он говорит: «Но мы должны уяснить, что государства ужаснейшего тотального контроля создавались и без всяких компьютеров». И далее: что его не беспокоит проблема компьютера в будущем и возникновения государства тотального контроля, если людям достанет нравственной силы для того, чтобы адекватным образом обращаться с техникой и отстаивать ценности демократии. И он очень четко говорит: «Государство тотального контроля посредством компьютера в негативной форме может возникнуть только в том случае, если люди перестанут защищать свое право на свободу и потеряют заинтересованность в нем». И это, как мне кажется, будет самым важным по окончании эпидемии коронавируса: вспомнить о таких центральных ценностях, как свобода и достоинство, регламентировать механизмы контроля со стороны государства, чтобы он применялся только там, где это необходимо в целях безопасности и защиты населения, а не для того, чтобы обеспечить правительству абсолютную власть.

Интервьюер: Да-да, люди должны сознавать свою ответственность, я тоже считаю, что это важно. Вся эта техника и цифрофизация могут привести к утрате чувства ответственности и к изоляции человека. Государства это тоже касается: оно может перестать ощущать ответственность за людей, за своих граждан, и сосредоточиться только на власти. Тут я с Вами полностью согласен. Ну что ж, уважаемая Михаэла Глёклер, благодарим Вас. Может быть, Вам хотелось бы сказать нам или нашим слушателям что-то еще?

Михаэла Глёклер: Мне, конечно же, хочется пожелать вам всего доброго на будущее. По возрасту я уже вхожу в группу риска, время моей жизни ограничено. Я думаю, в первую очередь, о молодых, и всегда рада сделать все, что в моих силах, чтобы ободрить их перед лицом того особенного будущего, которое им предстоит. Нет никаких сомнений в том, что на счету будет каждый, чей позвоночник прям и для кого честность, любовь и свобода относятся к решающим человеческим ценностям.

Интервьюер: Прекрасно! Сердечное Вам спасибо, Михаэла!

Михаэла Глёклер: Пожалуйста! До свидания.

Кто перевел с немецкого, не знаю. Спасибо ей/ему

Мой пост в FB с комментариями: https://web.facebook.com/andreigriga/posts/10220466792792603

Конкуренция умерла. Да здравствует конкуренция!

Можно упираться, спорить, даже ругаться, но на рынке маркетинг услуг конкуренция медленно, но угасает, уходит в историю. Конечно, если вы работаете в корпорации и вас обслуживает крупное агентство, то пока это не заметно, но ОНО происходит.

Сообщество

Вышел один из нас вчера со встречи с когда-то креативным директором одного из сильнейших российских маркетинг агентств с пониманием, что мы уже создаем новое поле, сообщество людей, которым в кайф делать свое дело. Результатом чего являются деньги, большие, потому что, опять же, you can only do great work if you love what you do. К слову, сильнейшее российское агенство − это уровень работы как у лучших западных, но в большинстве без политики, с другим уровнем этого внутреннего кайфа у сотрудников, и, как правило, они почти все выходцы из крупного западного бизнеса, где, собственно, и научились “уровню”.

Конкуренция. Ты дала нам эффективность и профессионализм. Научила снижать косты, то есть делать результат не хуже, но дешевле и/или быстрее. Именно ты заложила этот принцип “лучшее дело сделано с любовью” через естественный отбор Дарвина. Но все спасибо, достаточно! Влияние бессмысленных денег стало слишком большим и слишком разрушающим.

Поэтому мы − люди, которые любят свое дело − объединяемся, чтобы вы − те, кому нужно, что мы делаем − получили лучшее. Кто-то придумывает названия, кто-то оформляет их в полноценные бренды, кто-то трансформирует культуру, кто-то развивает людей на реальных задачах, кто-то делает рекламу (или делает так, чтобы она была вообще не нужна), кто-то помогает стартапам. Одинаковых людей нет, также как и нет одинаковых услуг. Каждый в чем-то особенно талантлив. И мы будем служить вам (за деньги) и себе (потому что нам в кайф).

Конкуренция умерла. Да здравствует конкуренция!

Обсуждение: https://web.facebook.com/andreigriga/posts/10218230613209511

Клиентоориентированность − новая (долгожданная) реальность

Клиентоориентированность − это философия и культура бизнеса, в которую по нашему наблюдению, движется все больше компаний. Это когда удовлетворение клиента, а часто сотрудников и (даже!) посредников, становится приоритетом, а прибыль − следствием того, что все, довольные, хорошо делают свою работу.
Другая философия − значит там другое видение происходящего, другой язык, другие процессы. Люди не ресурс (поэтому “HR” немного дисгармонирует), другие бренды категории не враги (поэтому слово “конкуренты” тоже как бы не в тему), клиенты и сотрудники не бездушная добыча (“хантер”, “воронка”.. ну вы понимаете…). Честно, мы постепенно меняем привычку, еще не создали до конца новый язык. Кстати, ищем замену слову “стратегия”, так как это тоже сильно военный термин.

Откуда это наблюдение? Клиенты просят по-другому, а мы помогаем, поэтому и знаем об этом. Я уже говорил, что один из последних проектов начался с того, что CEO говорит: “Андрей, мне нужна стратегия, но важно, чтобы люди реально были вовлечены, ну и деньги, конечно..” Я уточняю: “Вовлечены впереди денег?” Он, вижу, что с трудом, но кивает. Очень смело для человека с бизнесом в 2 млрд евро, который подчиняется Европе, где требуют прежде всего деньги.

Если движутся куда-то, то есть откуда двигаться. Из продукто-ориентированности. То есть в центре бизнеса был продукт/услуга и задача для всех найти способ это продать с максимальной выгодой. Не важно, какие последствия, не важно, кто как себя чувствует, главное − результат в хардовых единицах − деньгах, процентах доли рынка, котировках. Так вот эта модель эта себя исчерпала. К слову, именно эта продукто-ориентированная логика привела планету на грань социальной и экологической катастрофы, где сотни миллионов людей (кто-то говорит, больше 2 миллиардов) живут на грани выживания, где гибнут или нарушены колоссальные по размеру эко-системы, и все это в угоду снижения затрат любой ценой в экономике, живущей по правилам соревнования, по правилам желтых ценников.

Я бы сказал, что в эпоху Яндекс.Такси, когда даже меня как клиента тоже оценивают, уже нельзя строить бизнес по-старому. Вопрос: как строить по-новому?

Нам есть, чем поделиться. Из чего это складывается, что работает, что нет. Может ли соседствовать строгая военная культура с жестким подчинением, зарабатывание денег любой ценой и клиентоориентированность? И да, были фейлы, мы же не святые. В каком формате делиться? Помогите понять.

Keep looking, don’t settle. Чтобы Посадить. Самолет. На. Кукурузное. Поле.

Вы слышали историю жизни пилота, который посадил самолет на поле пару дней назад? Он мечтал летать с детства. Но не прошел медкомиссию в Летное училище и в итоге до 32 лет работал юристом. Потом все-таки поступил, выучился, начал летать сильно после 30 лет и.. посадил груженый пассажирами и топливом самолет на брюхо без шасси в поле.

Пока юристы занимаются уголовным делом о повреждениях самолета, в котором практически без повреждений (один госпитализирован) 233 человекам спасли жизнь, а министерства будут решать судьбу птиц в России (слава Богу птиц в России нельзя судить), я хочу посмотреть на это с точки зрения ДЕЛА ЖИЗНИ.

Я вижу, что человек, верный своему ПРИЗВАНИЮ, совершил чудо. Ощущение, что вся его жизнь была для того, чтобы это сделать. Чтобы можно было прочитать в этом послание для всех, кто сомневается. Это живой пример для знаменитой цитаты Джобса.. you can only do great work if you love what you do. И тут Вселенная уже просто кричит: If you haven’t found it yet, продолжайте мечтать, keep looking, don’t settle!

Обсуждение в FB

Революция Личного Влияния

Мы живём во времена прорыва, революции, которую можно назвать Революция Личного Влияния.
Сейчас у любого человека с компьютером/телефоном больше потенциала влияния, чем было, например, у Procter&Gamble или ТАСС 50 лет назад. Эта ситуация на каждого из нас накладывает огромную ответственность – что делать с этими возможностями?
Революция Личного Влияния – последняя из четырёх революций последних 100 лет:
Перваяиндустриализация, когда мы как общество начали производить много и дёшево
Вторая – когда компьютеры дали прорыв в вычислениях и рост везде и всего интенсифицировался
Третья – когда появился интернет и информация начала двигаться с огромной скоростью, образовав возможности для connected economy, то есть системы обмена, где все связано между собой
Четвёртая, сейчас – когда возможность влияния любого из нас огромна и продолжает расти. Мы можем современными digital инструментами делать немыслимый до этого маркетинг. С тысячью друзей в FB мы – все 7,5 млрд на планете – знакомы через 4 рукопожатия. Сет Годин – влиятельный бизнес гуру – называет это Революция Маркетинга.
В чем суть ответственности, как это касается каждого и что с этим делать?
Кратко. (Когда пришло время,) делать то, что имеет смысл для тех, кому это реально нужно. Улучшать пространство вокруг себя через улучшение того, что делаешь. Влиять через качество и осмысленность свой работы.
Для нас всех есть место. Каждый приходит со своей задачей и может делать своё дело. Кто-то с детства, кто-то после долгой (не всегда приятной) карьеры, но каждый в этот век может себя реализовать.
Что делать? Идти туда, где зажигает, где зовёт, но часто бывает страшно. Туда, где есть ощущение энергии.
Делать то, что возбуждает. Оставлять то, где тухнешь и голова падает на руки.
Все меняется, но меняется постепенно. Менять лучше без резких движений. Главное – если что-то не идёт, то нельзя не менять!
Слова навеяны партнерством с Игорем Померанцевым, последней книгой и подкастом Сета Година, встречей с Отто Шармером, разговорами с Александром Волчеком, и поддержаны работой с Людмилой Барановой, которой помогает осознавать Смысл.

Обсуждение на FB

Традиционный офис убивает творчество

Вышли с Игорем после первого дня стратегического воркшопа, обнялись, выдохнули и сели с командой обсуждать, почему было ТАК тяжело. Перебрали много факторов и в итоге остановились на том, что привычное офисное пространство – это насилие над творчеством.
Нас невозможно уговорить проводить воркшоп в офисе. Но тут мы решили, что нашли компромисс – арендованный зал в бизнес центре под офисом клиента. Через пару часов стало очевидно, что компромисс НЕ РАБОТАЕТ. Чтобы людей переключить, нужно в два раза больше нашей энергии.
Поэтому мы решили, что если принципиально нужно сделать в офисе, это будет стоить на 50% больше, что (частично, но) компенсирует наш вклад.
Не созданы современные офисы (за редким известным исключением) для творчества. Они созданы для поддержания стабильных процессов и исполнения формальных негибких ролей. Также, как, например, современная система образования не создана для проявления индивидуальности.
Мой отныне совет: не важно, вы модератор/фасилитатор или просто хотите с пользой провести время с коллегами – не придумывайте в формальных стенах офиса. Используйте все неформальные возможности – обед в кафе, корпоративный выезд – чтобы найти решение нерешаемого. В мире, где гибкость становится главной компетенцией, не бойтесь вынести такое решение за пределы пространства, которое не способствует их выработки.
И да прибудет с вами удовольствие на работе!

7 аргументов за органик в России прямо сейчас

Говорил сегодня с талантливыми людьми, среди них крупный российский производитель соков. Вывод простой: кто первый начнет сейчас делать органик, тот по-любому выиграет. Надо сильно постараться, чтобы проиграть.

7 Аргументов за органик в России:

  1. С августа есть закон и есть база для действий.
  2. Есть рекордное доверие людей к Органик маркировке, есть самое высокое в мире неприятие GMO (видел сегодня исследование 2018 года об этом, процитирую по запросу, если это не конфиденциально, что проверю).

  3. Мой партнер по Клубу Живой Еды самый опытный в России органик сертификатор, то есть в России есть русскоязычная экспертиза, в т.ч. с глубоким знанием евролистка.

  4. Есть готовые производители. Есть земли, сады, желание миллениалов идти и работать на таких проектах. Да, землю нужно готовить 2 года, но это не много и вы это знаете. Потому что у одного крупного производителя напитков продуктовый пайплайн 5 лет (то есть приняв решение о новом продукте сегодня, он будет на полках через 5 лет).

  5. Люди готовы. У меня нет цифр исследований, но я сужу по интересу к Клубу Живой Еды (мы обслужим дай Бог 20% от всех, кто проявляет интерес). Сужу по количеству русских, которых я встречаю в органик магазинах в Европе.

  6. Главное для тех, кто любит деньги: рынок свободный, 0.1% по оценке экспертов из органик сообщества. Вообще шаром покати. На Промэкспо органики ютились в едва заселенном павильоне на скромных стендах. Кто-то втроем на одном.

  7. Главное для тех, кто любит смысл: это нужно людям, это нужно планете (и на этом можно реально заработать, если пока шаром покати).

Спрашиваю сегодня Маркетинг директора: “Почему ты не делаешь органик бренд?”
“Потому что не знаю, как..” — отвечает она.

Да, я ее понимаю и уважаю этот ответ. Она чувствует, что нельзя делать органик традиционными способами − отресечить и потом манипулировать сознанием покупателя, чтобы съел больше. Органик − это эволюция еды и для нее нужна эволюция потребления и эволюция всего маркетинга. То есть нужно стать клиентоориентированным по-настоящему, изнутри, а не на визитке.

И что делать?

Можно купить экспата, который построит по примеру Европы или Америки. Если есть 700+ тыс руб в мес чистыми, то это хороший надежный вариант. Если проект крупный, нужно будет еще купить ему помощников. Ну и вся разработка − айдентика, коммуникация, продуктовые составляющие будут за евро, потому что экспат не будет работать с местными агентствами, даже если они опытные. Евро? Недавно в тендере мы были с английским агентством, которое стоило в 7 раз больше нас за то же самое. А мы с Игорем далеко не дешевые.

Если нет этих миллионов или интуиция говорит, что можно без экспатов? Есть решение. Мы заведенные, вовлеченные, отдали много, чтобы делать именно это − другой маркетинг для других продуктов. Мы готовы полностью отдать себя органик продукту, строить клиентоориентированность как систему. Есть доступ к экспертам по миру, доступ к сертификации, есть технологии быстрого выявления глубинных инсайтов, есть вообще понимание, как все это делать по фану и в кайф, не гибнуть в Экселе. Есть все, что нужно. Давайте делать..

Сет Годин: Как быть несчастным

Продолжая черпать вдохновение от гуру маркетинга Сета Година, занырнем в тему времени и эффективности.

Итак, о простых способах быть несчастным.

Пожалуй, самое важное – после чего можно уже не слушать подкасты и не читать блоги – понять, как «высвободить» 6 часов в день для своей жизни – это будет громаднейшим ROI (возвратом инвестиций).

Сет Годин не (1) ходит на совещания. Не (2) смотрит телевизор. Не (3) заходит в Facebook и (4) Twitter. Если вы избавитесь всего лишь от этих четырёх, сколько у вас появится «свободного» времени? Задумайтесь – что вы теряете? Совещания – это странные мероприятия, где куча людей решает вопросы, которые можно было бы уладить по почте за 4 минуты. Во многих компаниях проходит по три-четыре, а то и по шесть разных собраний в день! Неудивительно, что «прозаседавшиеся» чувствуют себя перегруженными важными делами – ведь они тратят безумное количество времени на НЕважные!

Другой момент — бесконечные обновления программ и гаджетов. Они постоянно заставляют нас чувствовать себя «отсталыми». Каждый день разработчики что-то там улучшают. Мы оказываемся в ловушке: если используем эти программы в своей работе — мы вынуждены вникать в их нововведения.

Но надо вспомнить про эмоциональную составляющую. В конце концов, наша работа – не траншеи копать. Стоит задать себе вопрос: “Я испытываю этот дискомфорт для того, чтобы в итоге получить что-то нужное и важное?”
Если нет – это бессмысленно. Потому что страдать от неудобств, тратить время на изучение обновлений софта и не стремиться создать что-то лучшее (продукт, товар, услугу) – это и есть формула «как стать несчастным».

По материалам подкаста Тима Ферриса

Сет Годин: Фокус на людях

Очередная ценная порция из разговора Тима Ферриса и Сета Година. В комментах в ФБ к предыдущему посту мы заговорили об айфонах и о построении продуктов на потребностях. Очень логично вторая часть ниже про фокус станет продолжением этого разговора.

Итак, Сет Годин: Фокус на людях

В чём принципиальное отличие нового маркетинга от классической модели? Большинство компаний до сих пор живут по схеме, в которой сначала создаётся какой-то продукт, а потом отдел маркетинга придумывает, как заставить его купить. Эти процессы никак не связаны ни с реальными потребностями человека, ни с благими намерениями, которые транслирует компания в своей миссии. Поэтому это всё неэффективно. Особенно в долгосрочной перспективе.

Новая формула бизнеса ориентируется именно на ценности, желания, мечты людей. “Мой [это прямая речь Сета, то есть он может быть говорит про свой] продукт создан специально для тех, кто верит во что-то особенное, он позволяет им чувствовать себя особенными, найти в этом продукте именно то, что они хотели.” Инсайты могут быть различными – статус, престиж, экологичность, технологичность, комфорт, протест. Нужно прислушиваться к себе и окружающим – чтобы поймать то, что интересно здесь и сейчас. Если вы сможете предложить новое решение, закрыть какую-то потребность, которая созвучна вашим идеям – вы обязательно найдёте свою аудиторию. Тех «последователей», которым понравится ваш продукт. Настолько, чтобы ваш бизнес был эффективным.

Что ценного в смартфонах Apple, которые явно не лучше моделей других брендов? Почему за ними выстраиваются очереди? Бизнес-модель Тима Кука (не Стива Джобса) как будто заявляет: «Если ты один из тех, кому важно даже гаджетом демонстрировать окружающим свой статус, кто получает удовольствие от покупки новейшей версии за любые деньги – приходи к нам! Вставай в очередь!» И как показывает практика, перед магазинами стоят те, кто сразу перепродаёт iPhone по-настоящему статусным и богатым. Эта история с премиальными телефонами актуальна для тех, кто «в теме». Своя аудитория, свои ценности, свои потребности. Тоже самое можно сказать про другие успешные компании – например, Uber, Amazon, Airbnb, Supreme. Возможно, они делали это неосознанно, но в стратегии фокусирования на желаниях людей – залог их успеха.

Но если вы размышляете над старт-апом, не пытайтесь понять, почему люди стоят за футболками Supreme или гаджетами Apple? Что они получают, покупая эти вещи? Идите своим путём. Выясняйте, какие потребности, мечты и желания у людей ещё не удовлетворены. И говорите им: “Здрасьте! У меня есть именно то, что поможет вам достичь желаемого!“

Именно так работает новая модель маркетинга. Фокус не на продукте, а на личности.

По материалам подкаста Тима Ферриса

Сет Годин: фокус на ценностях

Недавно Тим Феррис (Tim Ferris) − автор бестселлеров, а также одного из лучших в мире подкастов, взял интервью у одного из крутейших, я бы сказал, философов в области маркетинга последних 30 лет − Сета Година (Seth Godin), вдохновлявшего своими книгами выступлениями два поколения маркетологов, да и просто людей, делающих любимое дело. Я договорился с Тимом, что процитирую несколько наиболее ярких моментов из этого разговора. Раз в неделю в ближайшие пару месяцев буду раскрывать одну тему.

Итак, про новую эпоху фокуса на ценностях

В чём принципиальное отличие нового маркетинга от классической модели?

Большинство компаний до сих пор живут по схеме, где во главе угла стоит продукт. То есть сначала разрабатывают какой-то товар, затем его передают в отдел маркетинга, который методом реверс-инжиниринга «изобретает его заново», придумывая легенду для продвижения (ещё одного никому ненужного) товара на рынке.

Потом утверждают миссию «ни о чём» − благозвучную и универсальную настолько, чтобы не пришлось её менять в следующий раз, когда отдел R&D (Research and Development − отдел разработки) создаст ещё что-то новое. Все эти процессы никак не связаны ни с реальными потребностями человека, ни с благими намерениями, которые транслирует компания в своей миссии. Надуманно, бессмысленно и неэффективно. Особенно в долгосрочной перспективе.

Новая формула маркетинга ориентируется именно на ценности, желания, мечты людей. И предлагает продукт специально для тех, кто верит во что-то особенное. Позволяет им чувствовать себя особенными. Получить желанное ощущение, решение, услугу.

Инсайты (то есть проявление, сигнал о какой-то скрытой потребности покупателя) могут быть разными – статус, престиж, экологичность, технологичность, комфорт, протест. В новой модели важно бережно и чутко прислушиваться к себе и окружающим вас людям.

Если вы сможете предложить им новое решение, закрыть какую-то важную потребность, которая созвучна вашим идеям – вы обязательно найдёте свою аудиторию. Тех «последователей», которым понравится ваш продукт. И этой целевой аудитории, близкой вам по духу, будет достаточно для эффективного и честного бизнеса.

Что ценного в товарах Apple, которые явно не лучше аналогов под другими брендами? Почему за «яблочными» новинками выстраиваются очереди?

Бизнес-модель Тима Кука (не Стива Джобса) как будто заявляет: «Если ты один из тех, кому важно даже гаджетом демонстрировать окружающим свой статус, кто получает удовольствие от покупки новейшей версии за любые деньги – приходи к нам! Вставай в очередь!» И как показывает практика, перед магазинами стоят те, кто сразу перепродаёт свой Apple по-настоящему статусным и обеспеченным «яблокоманам». Эта история с премиальными смартфонами актуальна только для тех, кто «в теме». Своя аудитория, свои ценности, свои потребности.

Тоже самое можно сказать про другие успешные компании – например, Uber, Amazon, Airbnb, Supreme (дорогой бренд молодежной одежды). Возможно, они делали свой выбор неосознанно, но концентрация на желаниях и чувствах людей, которые они приобретают вместе с товаром / услугой  – это и есть секрет их успеха.

И если вы сейчас размышляете над старт-апом или новой идеей, вам не стоит пытаться понять, почему люди хотят именно футболки Supreme или гаджеты Apple, что они получают, покупая эти вещи? Вам нужно идти своим путём. Размышлять, какие ещё потребности, страсти, мечты у людей не удовлетворены. И говорить им: Здрасьте! Я здесь, чтобы помочь вам достичь заветной цели! Давайте сделаем это вместе!

Именно так работает модель нового маркетинга. Фокус не на вещь, а на личность.

По материалам подкаста Тима Ферриса